Главная»Материал по Дню Победы»#ЖенскоеЛицоПобеды. Мосина Тамара Николаевна

#ЖенскоеЛицоПобеды. Мосина Тамара Николаевна

Поделиться в социальных сетях

В год 75-летия Победы в Великой Отечественной войне, в Год памяти и славы Тульское региональное отделение Общероссийской общественно-государственной организации «Союз женщин России» реализует социальный проект «Женское лицо Победы».

В рамках проекта публикуем биографические очерки о женщинах, которые проживают на территории Тулы и Тульской области, годы жизни которых выпали на период Великой Отечественной войны.

Мосина Тамара Николаевна

Мосина Тамара Николаевна родилась 24 января 1925 года в подмосковном Павловcком Пасаде. Окончила школу с отличием. После окончания десятилетки была направлена на 3-х месячные курсы медсестер от Московского Красного Креста, окончив которые была направлена в санитарную часть действующей армии 2-го Белорусского фронта.

Во время Великой отечественной войны Тамара Николаевна прошла медсестрой всю Смоленщину, Белоруссию, Польшу, Восточную Пруссию. Победу встречала в Германии. «Приехал генерал. Было праздничное построение, салют. Потом танцы, пляски». После войны в 1948 году Тамара Николаевна  с отличием окончила Нагинское медицинское училище. В этом же городе, начала свою трудовую деятельность в поликлинике в должности медсестры. В 1955 году вместе с мужем переехала в пос. Теплое, Тепло-Огаревского района Тульской области, где до выхода на заслуженный отдых проработала в Тепло-Огаревской больнице в должности медсестры больше сорока лет.

Сейчас Тамара Николаевна находится на заслуженном отдыхе.

Воспоминания из жизни ветерана Великой Отечественной войны

Мосиной Тамары Николаевны, 24.01.1925 года рождения

 Я всегда много думала. Даже в детстве. Поэтому и казалась смышленой не по годам.

Меня в школу из песочницы увели, – смеется Тамара Николаевна.  Старшая соседская девочка на уроки бежала. Пошли, говорит, тоже учиться будешь. Я руки краем платья обтерла и пошла. Вечером прихожу домой, мама ругает — где была целый день? А я ей – в школе. Она так и остолбенела — не поверила мне. Но с тех пор я стала прилежной ученицей.

Мне 16 исполнилось январским днем, взрослой уже считалась. А для войны так и вовсе вполне подходила, а что творилось в моем сердце в июне 41-го, представить страшно. – Ребята уходили на фронт целыми классами. Из-за парты кто — в солдаты, кто – на курсы медсестер. Поверьте мне, никто не раздумывал, ни минуты не сомневался. Только на фронт, только на передовую. Мне не страшно было идти воевать, страшно было остаться дома, страшно стыдно. Все просились на фронт и один за одним получали повестки. Я написала в военкомат одной из первых. Полгода училась медицине, а после началась практика.

Самая жестокая практика моей жизни.

Госпиталь сразу отправился в прифронтовую зону, мы даже понять ничего не успели, часть с боями продвинулась на территорию Белоруссии, так мы оказались совсем рядом с польской границей. А когда вступали на территорию Восточной Пруссии, меня «насквозь проткнули» слова советского лозунга на огромных размеров плакате. «Вы вступаете в логово фашистского зверя. Кровь за кровь. Смерть за смерть». Больше 75 лет прошло, но кровь стынет в жилах до сих пор от того, что вложено в эти слова. Я еще совсем молоденькая медсестра не успела очерстветь в этом море безмерного страдания и боли. Вспоминаю, как к нам привезли молодого лейтенанта, я подняла глаза на хирурга и спросила:

– Совсем безнадежен? Такой молоденький лейтенант! Может укол ему какой-нибудь?

– Он без сознания. Ему уже ничего не нужно.

– Но он же дышит, мучается, наверно!

 – Ему уже ничего не нужно, – повторил хирург устало. – Посмотри, сколько их, им еще можно и нужно помочь.

А лейтенант был в сознании. Он все слышал, только лежал, прикрыв глаза, и чтобы хоть немного приглушить нестерпимую боль, вспоминал милый образ невесты. Сколько таких я видела на своем веку? Скольких на себе выносила из-под огня? Падала под тяжестью раненого, обмякшего тела и все равно ползла вперед.  Мы своих солдат никогда не оставляли в поле, — рассказывает Тамара Николаевна Мосина. — Немцы оставляли, уходили, иногда возвращались. А мы своих сразу забирали, раненых – еще под огнем, мертвых — обязательно похоронить. Они же все герои, все без исключения. Да и разве только героев хоронят по-человечески? Разве не каждый заслуживает права найти покой в родной земле?

Трудно поверить, что операции в лесу проводят? Что ноги на живую ампутируют? Так и было. Я бинты по пять-шесть раз стирала, кипятила и на ветках развешивала, чтобы было чем раненых перевязать.

И немцев видела близко. Что я чувствовала к ним? Не было ни ненависти, ни злобы. Мы, русские, по природе своей не способны ненавидеть живого человека. Я вот глаза закрою и стоит перед глазами, как наши солдаты переходят строем длинный лог между двух верхушек. Мы за ними идем, последними, еще не успели вниз спуститься, а солдаты уже внизу, под нами. Тысячи солдат. Серая лента шинелей извивается под ногами. А я провожаю их взглядом и думаю, сколько вас назад вернется?

Победа застала меня в Восточной Пруссии, в бывшей ее провинции Померании.
Стреляли тогда из всех залпов – хотели, чтобы весь мир услышал, что мы победили.  Дома я была единственной фронтовичкой. Это из-за меня мамины глаза не высыхали от слез все военные годы.

Папа служил на военном заводе, на фронт его не отпустили – нужно было производить снаряды, чтобы было, что сыпать на голову фашистам. Мама не выходила из-за ткацкого станка – фронту были нужны не только пули, но и материя. А братьев у нас не было – три девицы мы у отца с матерью.

Домой я вернулась с четким знанием того, кем хочу  быть в жизни – только медицина, только лечить людей. В 48-м окончила медучилище в Ногинске, а после была новая повестка:   – После училища я стала считаться военнообязанной. Это не важно, что война в моей жизни уже была,  – Да я и не расстроилась вовсе, наоборот даже. В армию так в армию.

Теми же дорогами повзрослевшая, набравшаяся профессионального и жизненного опыта я вновь еду в Германию. Моя служба будет продолжаться в ГДР:  – Это меня судьба супруга искать отправила. 25 лет почти, а я все незамужняя. Раньше стыдно было до такого возраста в девушках ходить, вековухой считали в 25-30-то лет! Я своего Мосина хорошо разглядела. Сверхсрочник, фронтовик. Он-то меня в Теплое и привез. А если разобраться, то у многих женихи там остались – в Бресте, Минске, Киеве, Кенигсберге. Мы вспоминали как-то – никто из моих одноклассников не вернулся, ушли навсегда.

В Теплом меня приветливо встретила районная больница. Работать я начала еще в старых ее развалинах, а новую так и вовсе строили на моих глазах.
Не любила я без дела сидеть, училась всегда, когда появлялась возможность. Две дополнительных специализации получила. Одного никогда не хотела – быть старшей медсестрой. Это ж какая волокита, ответственность какая!
Я всегда рада гостям, рада слышать в своем доме звонкие голоса, рада говорить и рассказывать, чтобы ничего не упустить, чтобы ничего не утаить, чтобы ничего не забыть, потому что забывать то, что было, никто из нас не имеет права.

 

 

 

Предыдущия новость

#ЛИЦА СЖР

Следующая новость

Подарок для мамы

No Comment

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *